Workaway: 8 стран за 10 месяцев

Светлана и Вениамин Фальковские выехали из Москвы 12 марта 2014 года, прошли Европу, пересекли США и Центральную Америку на машине за $1000 и вернулись через 10 месяцев, не прекращая управлять собственным бизнесом. Рассказываем, как устроены путешествия по системе Workaway.

Карта перемещений

Нажмите на точку, чтобы увидеть, что происходило на этом этапе маршрута. Порядок европейских остановок приблизительный.

Кто герои этой истории

Светлана Фальковская — основатель и генеральный директор компаний A.S.Wellas Executive Search and Recruitment и LinkLab. Эксперт в вопросах управления и мотивации персонала, рекрутмента, трудовых отношений, построения карьеры. Ее комментарии и статьи выходили в Newsweek, RusBase, CIO Journal, «Управление персоналом», «Финансовый директор», Cosmopolitan.

Вениамин Фальковский — Chief People Officer компании A.S.Wellas Executive Search and Recruitment: подбор ключевых сотрудников для международных компаний. Сотрудники в 11 странах, клиенты на 5 континентах, включая Россию и СНГ, Европу, США. Генеральный директор компании LinkLab — лаборатории карьерных связей.

Почему вы решили отправиться в длительное путешествие и как открыли для себя сервис Workaway?

Светлана: У нас была идея поехать в кругосветное путешествие, а поскольку это крайне затратно, то мы искали способы сэкономить. В 2013 году мы наткнулись на известный сайт HelpX, где люди размещали свои объявления, а волонтеры могли регистрироваться за €20 в год. Мы могли находить людей (хостов), которые ищут себе добровольцев с размещением. Система подразумевала следующее — хозяева предоставляют жилье и питание, а мы 4 часа в день работаем на них. Сразу скажу, что в более бедных странах, вроде Мексики и Эквадора, предоставляют только жилье. Естественно, что во Франции или США и полный пансион, и кормят отлично.

Наш первый опыт был во Франции в 2014 году, и там наши хозяева рассказали нам еще про один сайт — Workaway.info, которым мы впоследствии пользовались наравне с HelpX. Кстати, HelpX, кажется, уже не существует. Тогда же мы опробовали другие только что запустившиеся сервисы — например, Blablacar, когда впервые ехали из Барселоны в Тулузу. В общей сложности мы побывали в 8 странах на 11 Workaway'ях. Это были совершенно разные задачи, разные хозяева. Система только начинала свою работу: кто-то из хостов точно знал, зачем мы ему нужны, кто-то — не очень. Поэтому опыт у нас очень разнообразный.

А что насчет языкового барьера? И как в целом складывается общение между хостами и волонтерами?

Светлана: В Латинской Америке, например, никто не говорит по-английски, поэтому уже в Испании и Мексике мы начали изучать испанский. Ведь в любом случае ты всегда выучиваешь какой-то основной набор фраз для той страны, в которую приехал. Но обычно хосты говорят по-английски. Система на сайте сама предлагает разные опции: можно выбрать язык или задать критерии жилья. Многие уверены, что волонтерская работа подразумевает очень тяжелые бытовые условия, что жить вы будете в каком-нибудь сарае, вас не будут кормить и у вас вообще не будет никаких прав. Особенно у русскоязычных есть это «жертвенное» восприятие. На самом деле, вы имеете полный контроль над ситуацией, а если вам что-то не нравится, вы смело можете уехать.

Мы, правда, ни разу не уезжали, но были нюансы. Например, мы всегда и везде писали, что мы хотим жить вдвоем с мужем и нас не стоит разделять. И однажды мы приехали в семью в Америке, у которой уже было большое количество волонтеров. И хосты селили добровольцев в «барачном стиле» — в одну комнату девочек, в другую — мальчиков, так нас и разделили. Но в итоге мы нашли способ: на участке стоял старый трейлер для путешествий, который мы отмыли, отремонтировали и поселились в нем.

Бывает, что с хостами просто не совпадаешь характерами. Однажды мы очень долго возвращались из Франции в Испанию. Провели много времени в пути, не спали, и по прибытии я чувствовала себя не очень хорошо и почти сразу уснула. Хозяйка, увидев это, начала паниковать, но, отоспавшись, мы поговорили и смогли все уладить. С другими ее претензиями мы тоже как-то справились.

Но бывает и наоборот. По рассказам хозяев, кто только к ним не приезжал. Да и сами мы столкнулись с разными ситуациями, когда стали хостами. Например, волонтер в своих критериях написал, что ест всё, а на самом деле оказался веганом. А Черногория, где мы сейчас живем — страна мясоедов. И в магазин за свежей зеленью нужно ехать на машине 30 минут. Но в целом обычно все эти вопросы решаются без больших потерь.

Вениамин: Когда мы приглашаем к себе волонтера по системе Workaway, он фактически становится полноценным членом семьи. То есть он включается в семейные отношения, потому что мы в любом случае много общаемся — это всегда фан, всегда туса. За завтраком, обедом и ужином всегда вместе. Но мы очень строго подходим к выбору волонтеров: изучаем их социальные сети, предварительно созваниваемся, случайных людей здесь быть просто не может. Поэтому и ситуацию с веганом, и с другим парнем, который однажды взял у нас машину и оставил на ней царапины, при этом нам ничего не сказав, мы восприняли как своего рода семейную проблему. И решили мы эти проблемы по-семейному: просто по-го-во-ри-ли.

Был такой путешественник — Миклухо-Маклай. Он изучал аборигенов где-то в Папуа — Новой Гвинее. История гласит, что на одном из островов жило какое-то жуткое племя, которое убивало всех белых, которые туда высаживались. Но Миклухо-Маклай владел таким языком, который понятен буквально всем людям на планете. Когда он прибыл на этот остров, к нему вышел вождь племени и начал тыкать в него копьем и что-то кричать. Известный путешественник сел, разулся, достал из сумки еду, разложил ее перед собой и заснул. Таким образом он наглядно показал этому племени, что он не представляет угрозы. Эти действия — это всем понятный язык.

Если посмотреть фильмы о знаменитых мореплавателях, которые первыми каким-то образом завоевывали расположение аборигенов, то все они сначала обменивались едой. И именно этот акт осуществляется, когда к нам приезжает кто-то по Workaway. Мы с волонтером первым делом садимся за стол и вместе кушаем. И это разделение еды указывает на то, что мы не можем враждовать. Можем торговаться, можем разойтись по краям, можем не подойти друг к другу и разъехаться, но мы точно не будем враждовать. Это тот самый универсальный язык, которым мы овладели, путешествуя по многим странам. Мы были в Испании в различных ее регионах, в Никарагуа и Гватемале. И люди везде разные, хоть у них и один язык — испанский.

И это возвращает меня к началу нашего разговора. Принято считать, что если люди едут в путешествия, то они хотят посмотреть как можно больше достопримечательностей. Посетить Лувр в Париже, Прадо в Мадриде. Нас же интересовали язык, супермаркеты, рабочие, пекари, официанты. У нас была цель — избегать туристических мест. Когда мы натыкались на какую-нибудь достопримечательность, то разворачивались и уезжали, потому что это дорого — денег у нас в обрез. А вот познакомиться с местной культурой нам всегда удавалось. И это достигалось через общение с местными. Например, во Франции мы жили с английской семьей. И хост мне сказал, что его русский точно хуже, чем мой английский, хотя на тот момент я очень плохо говорил. А это самая «французская Франция из всех Франций». И поэтому Workaway отвечает всем нашим целям как путешественников.

Еще очень здорово путешествовать парой. Это всегда какая-то поддержка и совместная работа. Например, Света во время наших путешествий занималась планированием поездки, распределением финансов, поиском хостов, к которым мы бы хотели поехать. А я занимался оффлайн-коммуникациями. Как случилось с той ситуацией в Америке, когда нам обещали одну комнату, а мы приехали и увидели там еще 9 волонтеров, из-за чего нас разделили. Ничего страшного: провели пару ночей порознь на двухъярусных кроватях. Потом я поговорил с хостами, и они вспомнили, что у них на участке стоит трейлер, где есть прекрасная кровать, ванная, кухня — буквально двухкомнатная квартира, но немного запущенная. Мы предложили привести трейлер в порядок и в итоге за день его отмыли. В общем, поначалу было ощущение казармы и очень плохих хозяев, а в конце мы даже не хотели уезжать.

Как долго вы путешествовали? Вы возвращались домой в течение того года?

Светлана: Мы были в путешествии 10 месяцев. Выехали 12 марта 2014 года, а вернулись в конце января 2015. Всего мы посетили 18 стран, на Мальте, в Швеции и Испании помимо Workaway мы также использовали Couchsurfing. В некоторых странах жили в хостелах или ночевали в палатке. В основном страны мы выбирали только по тому, какой Workaway нам больше подходит. Начали мы путешествие с Европы, но точно решили, что обязательно поедем в США, где впоследствии у нас было 3 разных Workaway. В США мы купили машину, проехали на ней через 19 штатов и потом поехали волонтёрить в Мексику.

Чуть позже нам написали из Эквадора и спросили, через сколько дней мы сможем приехать и приступить к работе, я тогда назвала срок в месяц. Мне казалось, что этого времени вполне хватит, чтобы доехать на машине из Мексики в Эквадор. На практике же для этого надо проехать всю Мексику (а это огромная страна с 31 штатом, по размеру почти США), плюс проехать всю Центральную Америку и всю Колумбию. Мы осознали амбициозность задачи, как только выехали. Кроме расстояния есть еще нюансы: нужно проходить много границ, а еще учитывать, что там почти повсюду джунгли и сельская местность, нет интернета и никто не говорит по-английски. В итоге мы проехали через 11 штатов в Мексике и шесть стран Центральной Америки.

Когда мы были в Панаме, нам пришлось продать машину, потому что переправлять авто через Панамский канал оказалось чрезвычайно дорого, а у нас все же было очень бюджетное путешествие. До Колумбии мы уже добирались общественным транспортом, до Эквадора тоже. Конечно, в месяц мы не уложились, но опоздали не сильно. В принципе, и хост был готов нас ждать сколько угодно, потому что желающих ехать в такую глушь особо не было. В Эквадоре мы месяц жили в маленькой деревне Момпиче на берегу океана, там даже школы не было, а продукты привозили в магазин 3 раза в неделю.

Если в целом говорить о бюджете поездки, то в Европе мы тратили примерно по €700 в месяц, там мы практически все время были на Workaway. В США, так как уже была машина, появились затраты на бензин, расстояния были больше, мы больше жили в отелях, стали тратить примерно $1500 в месяц на двоих.

Какой опыт был самым запоминающимся?

Вениамин: Пожалуй, это были немцы. Немцы, которые жили в Мексике.

Светлана: У нас еще были немцы, которые жили в Греции.

Вениамин: Да, и немцы, которые жили во Франции. В общем, я люблю немцев. С одной стороны заносчивые, но с другой очень дружелюбные. Так вот, мексиканские немцы владеют рестораном в городке La Cruz de Huanacaxtle. Это район неподалеку от порта Nayarit — любимое место отдыха американцев и европейцев в Мексике. У меня есть наблюдение, что немцы, если куда-то путешествуют, то в первую очередь едут за атмосферой, а в остальном они очень консервативны. Они везде создают вокруг себя маленькую Германию — пиво в больших кружках, сосиски, квашеная капуста, смешанная с макаронами. Кстати, очень вкусная вещь!

Итак, когда мы приехали в Мексику, то у нас было только жилье, но не питание. Работа в этом ресторане была очень своеобразная — я был немного плотник, немного электрик, немного маляр и так далее. Я обратил внимание на то, что в ресторане ежедневно перегорали лампочки. И тут отмечу: нужно понимать, как мексиканцы делают проводку — это такие громадные скрученные клубки проводов, непонятно, где и какая фаза. В общем, я сказал, что у меня есть опыт, по образованию я радиоконструктор — короче, разбираюсь в таких вещах. Хозяева ответили, что они много раз пытались все исправить, приглашали разных специалистов, и ничего не получалось. В итоге, понаблюдав за моей работой, хозяева ресторана — немцы сказали: «Знаешь, Бэн, вот так у нас делают в Германии!». Благодаря этому они нас начали и кормить в своем ресторане, и потом еще денег заплатили.

Я очень хотел сделать что-то полезное, важное и ценное для хостов с Workaway, и у меня получилось! Мы до сих пор дружим с этими ребятами по переписке, и мы видим в их соцсетях фотографии волонтеров, которые к ним приезжают. Забавное совпадение — многие из них внешне похожи на меня.

Многих пугает, что во время Workaway они выпадут из профессиональной жизни. Как это было в вашем случае?

Светлана: У меня есть много разных историй на этот счет, ведь я уже двадцать лет занимаюсь рекрутментом. Многие кандидаты, с которыми я работала, за это время на моих глазах построили карьеру. Например, была одна иностранная компания, собственником которой был мой знакомый. И на позиции исполнительного директора у него работала девушка, с которой мы сотрудничали — подбирали персонал. В какой-то момент она ушла в другую фирму уже на роль генерального директора, затем запустила свой стартап. А потом я узнала, что она уехала в Колумбию на год волонтерствовать.

Мне тогда казалось, что ей просто все надоело, потому что постоянная работа в офисе, особенно на топ-позиции в России, — это напряженный труд с большим количеством стресса. И вот в Колумбии она встречает своего будущего мужа-португальца. Вместе они уезжают в Португалию. Затем ее муж получает работу в Нигерии. Они едут в Нигерию, и эта девушка устраивается на работу к нам в агентство. С 2010 года наше агентство полностью работает в онлайн-режиме. Сначала это была вынужденная мера: в разгар кризиса 2008 года, когда клиенты перестали заказывать услуги рекрутмента, мы съехали из офиса и перешли на удаленный режим работы. Когда обороты начали восстанавливаться, возвращаться уже никто не хотел.

Мы долго это не афишировали, потому что клиенты этого не понимали. Если у тебя бизнес, то обязательно должен быть и роскошный офис в центре города, и секретарша на входе, и все остальное. Ситуация с COVID-19 буквально помогла нам это, так сказать, легализовать. Теперь это в порядке вещей и даже считается современным. Роскошный офис у нас, кстати, был — на Смоленской площади, многие клиенты, чтобы похвастаться тем, с кем они работают, возили к нам в офис свое иностранное начальство.

Вениамин: Да, раньше было трудно работать на удаленной основе, ведь многие нам говорили: «Да вы дауншифтеры, что с вас взять? Вы все равно работать не можете, ведь для нормальной работы нужно сидеть в офисе!». Доходило до смешного. Мы сидели со Светой в очень красивом месте во Флориде: океан, кафе с огромными чашками кофе в американском стиле, рядом стоит Dodge Intrepid 1994 года, на котором мы ездили. И в этой обстановке мы открываем ноутбуки и пытаемся заключить какой-то контракт, объясняя клиенту, почему у нас нет офиса.

Но сейчас эта проблема неактуальна, ведь теперь мы уже не бизнес-дауншифтеры, а просто удаленно работаем, как и многие другие. Удаленная работа нам тогда сильно помогла. Мы были свободны для того, чтобы отправиться в путешествие, и могли работать, находясь в любой точке мира.

Как вы адаптировались, когда вернулись из этой поездки?

Вениамин: Из той поездки мы, можно сказать, не вернулись. Между Мексикой и Эквадором нам нужно было совершить марш-бросок через всю Центральную Америку на машине, которую мы купили в США за $1000. В Панаме кончилась дорога, ведь там только джунгли и горы. Нам пришлось продать машину за $100, и мы остались с тем, с чем это путешествие начиналось — два рюкзака по 11 и 7 кг. И во время перехода между Панамой и Колумбией вдруг выяснилось, что Света беременна. Поэтому после Эквадора мы вернулись назад в Европу, а оттуда в Россию, где родился наш сын. Поскольку в России нам сидеть не захотелось, мы поехали в Испанию, продолжили путешествовать и оказались в Черногории. В Черногории мы задержались на несколько лет, с короткими перерывами на путешествия по Балканам и близлежащим странам.

Примерно с полугода до 2,5 лет наш младший сын не очень хорошо переносил транспорт. Так что стали ждать, когда повзрослеет. А сейчас сами принимаем волонтеров, являясь хостами Workaway.

Светлана: После Эквадора мы планировали Бразилию, потом Чили и Перу, потом морем до Австралии. Чтобы ехать дальше из Эквадора по Южной Америке, нужно было делать прививки (например, от желтой лихорадки), иначе через границу просто не пустили бы. А беременным эти прививки противопоказаны. Поэтому какое-то время мы пробыли в Эквадоре, затем прилетели в Испанию. Я сделала скрининг, мне сказали, что все нормально, и мы вернулись в Москву. А когда ребенку было 4,5 месяца, мы улетели назад в Европу.

Уже живя в Черногории, мы успели объездить много интересных стран. Например, мы были в Косово и в Боснии, где огромное количество памятников всемирного наследия ЮНЕСКО. Кстати, там часто ищут волонтеров на реставрационные работы.

Как строить карьеру и при этом работать там, где хочется?

Светлана: Я думаю, в наше время уже стоит осознанно выстраивать карьеру, ведь попытки уцепиться за насиженное место в офисе перестают быть актуальными. Вообще неясно, что станет с этими офисами в следующие два-три года. Сейчас люди поняли, что нельзя быть на 100% уверенными в будущем, даже если ты числишься в штате. В общем, нужно брать все в свои руки, полагаться только на себя и самому выстраивать карьерный путь.

Вениамин: У Дэйла Карнеги в книге «Как перестать беспокоиться и начать жить» есть история про парня, которому поставили смертельный диагноз и дали год, и тогда он наконец начал жить, как хотел. Вот эта история про меня, я вообще не офисный человек. Я думаю, что если бы я остался в Москве и работал в офисе, то я давно бы оказался на кладбище.

Светлана: Когда мы уезжали в 2014 году, наша компания работала только на территории России и СНГ. Сейчас же у нас абсолютно интернациональный бизнес — мы работаем с ОАЭ, США и Европой, у нас есть сотрудники в Африке и Латинской Америке.