Из Томска — в Калифорнию, из IT — в авиацию: история Юлии и Георгия Степико

Abroadz совместно с Cloud Russians запускает спецпроект. Каждый месяц мы будем делиться уникальными историями героев, которые кардинально поменяли свою жизнь.

В нашем первом совместном интервью мы расскажем историю семейной пары из Томска, которая переехала в Калифорнию и полностью перепридумала свою жизнь. Георгий — айтишник, автор подкаста «Мама, я опять летал» и начинающий пилот малой авиации. Юлия — математик, выучившая английский язык с нуля и ставшая специалистом по автоматизации тестирования в очень крупной Американской компании.

Cloud Russians отобрали заявку семьи Степико из более 200 присланных историй, и узнали подробности иммиграции в Кремниевую долину. 

О том, как все начиналось

— Расскажите о себе, своем образовании и опыте работы.

Георгий: Я по образованию физик, окончил физфак Томского государственного университета. Еще во время учебы меня без собеседования взяли в техподдержку томского провайдера. Так я начал работать в IT. Затем я сменил работу еще пару раз, и в итоге оказался в единственном российском офисе американской компании F5 Networks и стал тестировщиком. В августе 2015 года наш офис закрыли одним днем, но сотрудникам предложили переезд в США: часть людей — в Сиэтл, часть —  в Сан-Хосе. Так в декабре того же года мы оказались в Сан-Хосе, Калифорния. 

Юлия: Я тоже окончила ТГУ, но факультет прикладной математики и кибернетики. Сразу после вуза я устроилась в Центр оценки качества образования Томской области (компания занималась проведением ЕГЭ и ГИА). Мой тогдашний начальник работал над построением собственного продукта — приложения, которое распространялось по Томской области. Также много приходилось работать с людьми. И именно этот опыт помог мне в дальнейшем устроиться на работу после переезда в США. 

— До предложения Георгию переехать в США у вас появлялись мысли о том, чтобы жить за рубежом?

Георгий: Я всегда чувствовал себя космополитом и мечтал путешествовать, а наличие границ меня раздражало. Но стремления жить в другом месте не было. До самого предложения я максимум рассматривал переезд внутри России, например, на юг. 

Юлия: У меня тоже не было никаких планов, меня всегда останавливало мое незнание английского, так как в школе я учила французский. 

— Когда было принято решение, какие главные переживания оставались у вас накануне отъезда? 

Георгий: Среди страхов были: долгий перелет, новое место, наш ребенок, которому на тот момент еще не было трех лет. Но изначально я не рассматривал перспективу остаться в США надолго, все это выглядело двухлетней командировкой. Поэтому было легче. Еще один страх состоял в том, что у меня был только технический английский и не было словарного запаса для простого разговорного.

Юлия: Мы шутили, что я — жена декабриста, так как уехала за мужем в декабре. Но если б все жены декабристов так переезжали, как мы. В общем было волнительно, но имелось хорошее предчувствие. У нас было много времени на подготовку, я уже начала учить английский, занималась документами, медобследованиями. Также очень помогли уже переехавшие коллеги, они объяснили много моментов. Самый большой страх касался перелета, так как я была жутким аэрофобом. Но в целом бояться было некогда.

— Как вас провожали близкие и как они отнеслись к вашему отъезду в целом?

Георгий: Так как мы говорили о приключении, о том, чтобы посмотреть мир, а не о масштабном переезде, то все друзья и родные поддержали нашу идею поехать на другую сторону глобуса. Если бы кто-то тогда сказал мне, что спустя 7,5 лет я все еще буду тут, я бы сильно удивился.

📸 @grusha.svetlova

О сладком хлебе, дорожной разметке и первых волнениях

— Что вы знали о Штатах тогда, в 2015 году, до переезда? Были ли какие-то стереотипы о стране и подтвердились ли они?

Георгий: В детстве единственным моим проводником в мир США была ТВ-программа “Америка с Михаилом Таратутой”. И это забавно, что теперь, спустя столько лет я вижу то, что показывалось в этих передачах. Еще, конечно, было сильно влияние поп-культуры: все мы узнавали об Америке из фильмов и сериалов.

Юлия: В первые дни после переезда действительно было ощущение “я в сериале”, картинка и правда была как из кино.

— Вы приехали в Штаты перед Рождеством. Что было самым волнительным и удивительным в первые дни-месяцы на новом месте?

Георгий: Начнем с того, что это вообще был мой первый выезд за границу — и сразу переезд. Самым необычным для меня было то, что дети в раннем возрасте уже знают английский язык. Для них он родной, это понятно, но когда видишь и слышишь такое вживую — это необычно. А в целом для меня все было удивительно — я не понимал, как на одной планете в разных странах все может быть совершенно по-другому: начиная от способа укладки тротуаров и заканчивая продуктами и их названиями в магазине.

Юлия: Когда нас встретили в аэропорту, я помню, что удивилась даже дорожной разметке — она была такой блестящей, как будто на взлетной полосе, и сами дороги оказались очень хорошими и гладкими — это первое, что врезалось в память. Еще меня поразило то, как все вокруг чисто — так я поняла, почему многие американцы не снимают дома уличную обувь. Был шок от магазинов, например, первое время бесил местный хлеб, потому что он очень сладкий. 

Конечно, многое связано с нашим сыном, ему на момент переезда было 2 года и 9 месяцев. В первые дни мы много гуляли, и прохожие постоянно нас останавливали и делали комплименты нашему симпатичному ребенку. Это было ненавязчиво и дружелюбно, но Рома паниковал, так как не понимал, что ему говорят.

О колледже, пересадке деревьев и собеседованиях

— Юля, приехав в США, ты почти сразу начала учиться. Что это была за учеба?

Юлия: Для эмигрантов в США есть хорошая адаптационная программа, и с ее помощью влиться в среду можно быстро и недорого. Меня тяготило то, что я ничего не понимаю, поэтому в первую очередь уделила внимание языку. В Калифорнии есть разные вечерние школы, но я пошла в колледж. Пока эмигрант не стал налоговым резидентом в США (то есть пока не прожил в стране 183 дня в году), обучение обойдется дорого (каждый курс — от $300 и выше). Но мне посоветовали отправиться на Fundamental and Basic English (самый базовый уровень языка), и вот эти курсы были бесплатными. Я прошла два таких семестра, а когда стала резидентом страны, то начала брать более сложные курсы по 12 юнитов в неделю (1 unit — 3 часа занятий, стоит $46), каждый курс — отдельная языковая дисциплина: грамматика, говорение, слушание и т.д. Я с удовольствием училась, и, так как у меня не было русскоязычных одногруппников, стала говорить очень быстро. В итоге за 2 года я выучила английский.

— Гоша, пока Юля учила язык, ты работал в той же компании? Как прошли твои первые месяцы старой работы на новом месте? 

Георгий: Мы переехали командой, целым комьюнити, и даже в офисе мы просто заняли отдельный угол. Сама работа не изменилась: мы делаем оборудование для сетевой безопасности, перераспределения трафика для банков и торговых площадок. Поэтому в работе для нас особенно ничего не поменялось: наши митинги и рабочие обсуждения проходили по-прежнему, а документация и так всегда была на английском. Получилось как с пересадкой деревьев — машина увозит растение вместе с грунтом со старого места на новое. И так было проще всем: мы друг друга поддерживали. Но отчасти это замедлило процесс ассимиляции: ведь зачем заводить новые знакомства с местными, если у меня было 15 семей-друзей, которые даже жили в соседних квартирах. Зато процесс погружения в среду прошел максимально безболезненно.

— Юля, где ты еще училась и сколько времени это заняло? И как ты потом устроилась на работу?

📸 @grusha.svetlova

Юлия: Еще находясь в Томске, я хотела работать в гошиной компании — мое математическое образование позволяло пойти в тестирование с предварительной подготовкой. Простым языком, тестировщик веб-приложений — это человек, который пишет тесты на каком-то языке программирования, которые затем запускаются по расписанию автоматически и тестируют продукт. И в 2018 году (после того, как закончила языковое обучение) я нашла американские, но русскоязычные курсы для тестировщиков — это было быстро, дешево и качественно. Курсы заняли 4 месяца, и в итоге я научилась писать тесты на JavaScript. 

Когда наступило время искать работу (2019 год, к этому времени наш ребенок пошел в первый класс), это было очень тяжело — два месяца были безрезультатными, это меня очень демотивировало.  Часть с тестовым заданием оказалась для меня самой простой, а вот отвечать на вопросы на многочисленных интервью оказалось сложнее всего — сами собеседования в американские компании занимают много этапов. Шаг за шагом, я научилась правильно отвечать на вопросы, и это принесло плоды: спустя два месяца мне удалось получить оффер с хорошей зарплатой. Первым предложением был контракт от The Climate Corporation (отделение компании Bayer) с зарплатой $67 в час, но нужно было каждый день ездить в офис в Сан-Франциско (чуть больше часа на поезде от дома). Однако я уцепилась за эту возможность, и уже чуть позже сменила место работы на более близкое к дому.

О быте, интеграции и карьере пилота

— Вы уже считаете себя интегрированными в американское общество?

Юлия: Существует такое определение — first generation immigrants, это мы и есть сейчас. Я здесь живу и хорошо устроена, но всегда останусь русской, а мой ребенок будет американцем — он ходит в американскую школу и растет в американском обществе.

Георгий: Я могу сказать, что уже чувствую себя комфортно в бытовом плане. Первый год (если не два) я практически жил в офисе, а остальное свободное время занимали вопросы обустройства: документы, квартира, машина. Но как только я почувствовал, что мы устроились, решил исполнить еще одну свою мечту — пошел учиться на пилота.

Дело в том, что перед моими глазами всегда была моя жена, которая всего за 3-4 года достигла огромных результатов: выучила язык, получила новую профессию и устроилась на работу. Я же фактически оставался на месте. Сначала я решил сменить место работы, и запустилась та же история, что и у Юли: резюме, собеседования. На этом этапе обычно становится понятно, что какие-то из твоих навыков больше не актуальны на рынке. Тогда я понял: мне придется переучиться делать то, что я делал 13 лет, по-новому. Я собеседовался только в одну компанию — Amazon. И после интервью понял: мало того, что я не хочу переучиваться и правильно рассказывать о себе (в США это действительно важно: даже если ты отличный специалист, но не можешь качественно себя презентовать, то останешься за карьерным бортом), я не хочу вообще продолжать работать в этой сфере. Еще одна проблема, которая меня всегда тяготила, в том, что тяжело оценить итог такой работы, как моя. Так я пришел к мысли, что хочу заниматься чем-то, что будет приносить осязаемые результаты. Я начал перебирать профессии: машинист, дальнобойщик, полицейский, пилот. И подумал: почему бы не стать пилотом?

— Как в США устроено обучение на пилота?

Георгий: В Штатах насчитывается 15 000 аэродромов, то есть авиация в стране очень развита. Следовательно, и авиашкол здесь тоже много. Если ты хочешь стать пилотом, то нужно найти школу и получить разрешение от Агентства транспортной безопасности (при отсутствии гражданства США). Практические занятия по полетам проходят с инструктором — для первой лицензии частного пилота нужно налетать 40 часов. Что касается теории, то есть несколько вариантов: можно пойти учиться в школу (очно или заочно), можно заниматься очно с инструктором, также можно самостоятельно пройти онлайн-курсы — так сделал я. Чтобы получить лицензию, нужно сначала пройти тест из 60 вопросов, а затем сдать практический экзамен, который длится от 3 до 6 часов. Так я загорелся этой идеей, получил лицензию частного пилота и продолжаю свое обучение, чтобы однажды стать пилотом бизнес-авиации или линейным пилотом, а еще даже веду подкаст об авиации. 

О родине, барьерах и культурном коде

— Судя по вам можно сказать, что вы очень любите вызовы и новые испытания.

Юлия: Эмиграция — это то, что само по себе уже заставляет преодолевать препятствия. Языковой барьер, другое устройство быта, новые традиции, отличный от нашего менталитет — сначала было нелегко. Но ведь с каждым новым шагом идти становится проще. Наверное, эмиграция и дает возможность постоянно решаться на что-то новое. 

Георгий: Я надолго запомню разговор с женой, когда наш офис закрыли. Тогда я сказал: “Юля, нас закрыли, я теперь безработный. Но есть вариант поехать в Калифорнию, жить и работать”. От Юли последовал единственный вопрос: “А что, так можно?”. 

— Оторваться от корней — это хорошо или плохо?

Георгий: А где корни? Лично мои корни никуда не делись, они со мной: я варю гречку, нашел нормальный хлеб. С родственниками общение не прекратилось, русским языком я пользоваться не перестал. 

Юлия: В моем случае оторваться от корней невозможно. Я уехала, но сохраняю свои традиции, я говорю на русском и учу ребенка русскому, связь с родственниками не пострадала — это все и есть мои корни. 

— Что такое родина?

Георгий: Картинка в моем букваре. Но для меня это не место. Родина — это то, что я, например, до сих пор цитирую “Собачье сердце” (причем фильм). Родина — это культурный код, это совсем не место и даже не люди. Это то, что я везу с собой, куда бы ни поехал. 

Юлия: Родина — это не место, а ощущение. Это мои близкие, мои моменты из детства, лето у дедушки с бабушкой, уроки русского и литературы в средней школе. Одним словом, детские воспоминания.

— Часто когда мы уезжаем, слышим вопрос: “Кому вы там нужны?”. Пройдя такой интересный путь в новой стране, ответьте на этот вопрос тем, кто мог бы его задать. 

Георгий: Я считаю, что я со своим багажом, опытом и знаниями в целом никому не нужен, меня никто нигде не ждет. А будут ждать там, где я смогу хорошо себя “продать”. Меня и в Томске никто нигде не ждал, если так можно сказать. 

Юлия: Мне было нестрашно ехать куда-то далеко, потому что все, что мне нужно было, я взяла с собой — это мой муж и ребенок. Я нужна им, а они мне. Именно поэтому я ни разу не пожалела о нашем решении.

Вам может быть интересно почитать и другие истории: